Тайна семьи Нижегородцевых

Семейный архив. После Октябрьской революции жизнь разделилась на до и после.

Мой дед со стороны мамы Нижегородцев Петр Кириллович родился в Верхнеуральске в 1889 году в семье мещан Кирилла Анисимовича и Акулины Васильевны Нижегородцевых. Его крестной была жена Павла Мифодьевича Нижегородцева – Домна Николаевна.

Так сложилось, что деда не стало в 1954 году, а я родился в 1955-м. Но бабушка, его жена Раиса Феоктистовна, часто рассказывала о нем. Семья деда была большая. У его родителей было 12 детей (по моим данным). Четверо из них умерли младенцами. Петр окончил начальную школу. Семья жила бедно, поэтому сыновей отец старался пристроить в «надежные» руки, чтобы они имели возможность получить ту или иную специальность.

Петра, одного из старших сыновей, отец отдал в услужение к купцу Гогину. Он жил у купца, выполняя любую, порученную ему работу. Шли годы, мальчик рос и приобретал навыки торгового дела. Его определили продавцом в один из гогинских магазинов. Гогин, присмотревшись к молодому парню, назначил его приказчиком.

В 1911 году Петр венчался с верхнеуральской мещанской девицей Раисой Феоктистовной Сергеевой в Никольском соборе. Жениху был 21 год, невесте — 16 лет отроду.

Петр Кириллович торговал в магазинах компании «Василий Гогин и Ко», ездил торговать и закупать товар в Челябинск, Белорецк, Тирлян. Он вел всю бухгалтерию и отчитывался перед хозяином. Купец Василий Гогин был доволен честным и трудолюбивым работником. Дед всегда говорил бабушке: «Мне чужого не надо! Хозяин оплачивает мой труд достойной зарплатой». Дед скопил деньги и купил большой дом на улице Красноармейской, 17. В доме были два жилых этажа: первый — полуподвальный и просторный, высокий, теплый и светлый второй этаж. К сожалению, дом в таком виде не сохранился.

События января-мая 1918 года подтверждают, что идеи и лозунги «красных» получили более выраженную поддержку в Оренбургской губернии. Семья Нижегородцевых по отношению к Октябрьской революции занимала нейтральное положение. Но после прихода к власти «красных» всё покатилось под откос: магазины Гогиных были разграблены и закрылись, дед остался без работы, а его семья — без средств к существованию.

Темной ночью 1918 года в дом Нижегородцевых постучали. Петр открыл дверь и увидел на пороге своего бывшего хозяина — Василия Гогина и девочку, лет восьми. Гогин держал сверток, как выяснилось позднее, с одеждой девочки. Они прошли в дом, и Василий сообщил Петру, что вынужден уехать, а дочь просит спрятать в его доме. «Я обязательно вернусь за ней, как только позволят обстоятельства», – сказал Василий.

Гогин был хоть и купец, но из крестьян. Политика его никогда не интересовала. Все знали его как порядочного человека, купца-мецената. Он верил, что в Москве во всем разберется, и всё будет нормально. Больше мои предки Василия Гогина не видели.

Просьбу своего бывшего хозяина они, конечно, выполнили, хотя им было трудно: за такое могли расстрелять или отправить в ссылку.

В семье Нижегородцевых к началу 1919 года было трое своих детей — Александр, Павел, Анатолий — и приемная дочь Серафима. После 1918 года семья нищенствовала, старалась выжить. Петр Кириллович периодически торговал в магазинах, но стабильного, достаточного для жизни дохода он не имел уже никогда. В конце 30-х годов стало полегче: старшие сыновья получили среднее образование, работали. Репрессии 20-30-х годов семьи не коснулись.

Всю жизнь семья Нижегородцевых скрывала, что девочку, которую привез к ним Василий Гогин, звали Серафимой Васильевной. Гогин не вернулся за ней — его расстреляли. При выдаче свидетельства о рождении Серафимы Васильевны Нижегородцевой были изменены день и год ее рождения, ее записали как родившуюся в 1911 году.

На самом деле Серафима родилась 4 августа 1910 года внебрачным ребенком Кагинского завода крестьянской девицы Березкиной Параскевы Савельевны. Крестили ее в Благовещенской церкви Верхнеуральска. Крестным отцом в метрической книге был записан верхнеуральский мещанин Домовников Петр Дорофеевич, а крестной — крестьянская жена Кудрятева Татьяна Ефимовна.

Кагинский завод принадлежал обществу Белорецких заводов и 12 июля 1911 года перестал существовать после пожара.

Серафима вышла замуж, родила двух сыновей и дочь. Ее дочь умерла в раннем возрасте, а муж погиб на фронте. Своими родителями Серафима считала Нижегородцевых, но всегда помнила, кто она. Она очень любила и с уважением относилась к моей бабушке Раисе Феоктистовне, которая стала ей второй матерью. Похоронена она на Верхнеуральском кладбище около бывшего ремонтного завода.

Одна из внучек Серафимы считает, что родной отец её бабушки Домовников Василий — брат или сын её крестного. А моя бабушка утверждала, что отец Серафимы — Василий Гогин, потому что именно так он представил её семье Нижегородцевых.

На момент рождения Серафимы в 1910 году Василий Гогин был вдовцом и женился на Кошелевой Андрусе Федоровне в 1911 году. Детей у них не было. Возможно, Гогин удочерил или хотел, но не успел удочерить Серафиму. Но это пока остаётся тайной.

Нижегородцев Петр Кириллович (мой дед) умер в декабре 1954 года, похоронен на старом кладбище в Верхнеуральске.

Анатолий СОКОЛОВ