Алтыншаш Таскаранова возглавляет в Верхнеуральском районе Центр казахской культуры «Ак жайык» (Белый (седой) Урал»).
Признаюсь, сложно было браться за написание этого материала, столько всего рассказала в полуторачасовом интервью эта богатая на родню, счастливая своим призванием женщина. Надеюсь, Алтыншаш Хакимжановна не станет судить строго, если какие-то подробности не войдут в этот рассказ, а оправданием автору послужат объективные ограничения по объему.
Вот такой «бай»
У родителей Почетного учителя России Алтыншаш Таскарановой на двоих было одиннадцать классов образования: у папы четыре, у мамы – семь. Мама Разия еще до замужества окончила бухгалтерские курсы и в разное время работала продавцом в магазине, сторожем на совхозной пасеке.
Похожие новости
– Интересно, что папа и мама впервые увидели друг друга на своей свадьбе, уже как жених и невеста, – улыбается Алтыншаш Хакимжановна. – По тогдашнему обычаю вскоре после их появления на свет родители стали чайными сватьями. Пили как-то чай, ели бешбармак и договорились детей поженить.
Родилась Алтыншаш на хуторе Каширинском, входящем ныне в состав Спасского сельского поселения. Первые четыре класса училась в Кожанове, куда ее вместе с другими детьми «возил на лошади один дедушка». С пятого по десятый классы обучалась в Спасской школе и окончила ее с одной четверкой, хотя способную ученицу готовили на золотую медаль. Получить ее помешала история с якобы чрезмерной зажиточностью семьи.
– От кого-то прозвучало, вот, мол, бай какой, эксплуататор, – это про моего отца. Он был пастухом, пас спасский табун. Стояли два дойных гурта, доярки приезжали на машине доить коров. И своей скотины было много – и овцы, и много чего. А в семье мама, я и четыре брата, вот нас отец и эксплуатировал.
Алтыншаш Хакимжановна говорит, что даже из Москвы корреспондента присылали. И ему без прикрас показали, как живет советский бай-кулак.
– Приехал вечером, в пять утра отец его разбудил, сам сел верхом на лошадь, корреспондента – на телегу. И весь день с ним. К обеду ближе гость спрашивает, а кушать мы когда будем? Какой кушать, коровам надо кушать, а нам некогда! Ну, попили кумыс, чай с сахаром. Доярки приехали, подоили, опять выгонять коров надо, пасти, то на водопой, то куда. Изморился корреспондент, а летом часов в одиннадцать вечера только загоняют скотину. В двенадцатом часу они приехали домой, мама бешбармак приготовила, папа говорит: «Сейчас будем ужинать». – «А я в это время не хочу», – отвечает корреспондент. – «Садись, ешь, завтра опять поедем». – «Нет, – говорит, – я завтра уеду».
Потом в райкоме заявил: какой он бай, вы смеетесь что ли, это такой труженик, и дети вместе с ним работают! Директор школы сказал мне тогда, что одна медалистка была бы за все время, но так получилось. А я и не переживала.
«Родина ваша здесь»
Учитель – прекрасная профессия, решила Алтыншаш, и семья ее поддержала. Девушка хотела преподавать детям иностранные языки, французский и немецкий. Поступила в Магнитогорский педагогический институт, училась хорошо, жила в общежитии. Будущий муж увидел Алтыншаш в Спасске на свадьбе у его родственников.
– Габдиль-Мажит Мухамет-Уалеич Таскаранов, будущий Почетный строитель России, работал тогда прорабом в Степном. Влюбился в меня, переехал в Магнитогорск, работал в «Магнитострое». Каждый день к общежитию приходил с коробкой конфет и букетом цветов. Я поначалу не обращала на него внимания, но настойчивость сыграла роль. В моей семье тоже было такое суждение, что обязательно надо выйти замуж за казаха. И когда я приезжала домой, мама говорила, показывая газету: «Таскаранов хороший парень, в газете о нем постоянно пишут». В общем, добился своего.
Счастливые влюбленные сыграли свадьбу, в 1978 году родился сын Нурсултан, а в 1979 наша героиня окончила пединститут.
– Оставили меня преподавать на кафедре, хотела поступать в аспирантуру. Но муж заболел астмой, и врач нам посоветовал уехать поближе к лесу, подальше от Магнитогорска. Кстати, все его друзья поехали на стройки за границу, кто в Пакистан, кто в Индию, а у мужа была возможность работать в Гвинее Бисау. Но тут вмешались родители, начали плакать, сказали, мол, нечего вам делать в Западной Африке, приезжайте в Верхнеуральск, здесь ваша родина.
Где стройка, там и школа
В 1982 году молодая семья переехала в Верхнеуральск, и Алтыншаш Таскарановой предложили поработать методистом в районном отделе народного образования. Нашу собеседницу трудности никогда не страшили, однако то время и в шутку и всерьез она характеризует как «тихий ужас».
– Машина была только у заведующего, а методисты на автобусах ездили по школам. Меня поставили методистом по вечерним школам. В тюрьме, в Петропавловске и Межозерном были такие самостоятельные школы, и практически во всех средних школах в окрестных селах – учебно-консультационные пункты. И вот по этим деревням я ездила на автобусах, в шесть-семь утра, помогала учителям, ходила на уроки. А у меня тут и коровы – на новоселье подарили девять голов крупного рогатого скота, и стадо овец. В пять утра вставала, чтобы все по хозяйству переделать и ехать.
Но ничего, справлялась, хоть и трудно было. Благо, можно было работать рядом с любимым. У мужа стройки по всему району: в одном селе школа, в других многоквартирные дома, где-то клуб и магазин. Муж на стройку, жена в местную школу, так вместе и ездили. А вскоре Алтыншаш Хакимжановну приняли методистом в Верхнеуральскую вечернюю школу.
– Вскоре я стала завучем этой школы. Несколько лет завучем и очень много лет была директором вечерней школы. И везде были филиалы от нашей школы, самостоятельные тоже к нам присоединили. Учебно-консультационные пункты при дневных школах закрывались, а тогда заставляли, чтобы у всех было среднее образование. К нам ходили учащиеся из ПТУ, торгового училища. Первое время учились вечерами, уроки были с полседьмого до девяти, иногда до одиннадцати, когда в программу не вписывались. В тюрьму мы сами ходили учить, и я стала преподавать историю и обществознание, иностранный язык в вечерней школе не прижился.
Красивый, мелодичный, родной
О казахском языке Алтыншаш Хакимжановна всегда говорит с чувством большого уважения и убеждена, что родной язык необходимо сохранить. В нашем разговоре об это сказано было вскользь, поэтому считаю важным привести здесь отрывок из интервью газете «Красный уралец» четырехлетней давности. «Наш язык красив и мелодичен. Вы только послушайте песни на казахском. Это, прежде всего, мой родной язык. Старшее поколение отлично им владеет. Наш язык изобилует очень точными поговорками, которые уместны по любому жизненному поводу. В переводе они, конечно, звучат по-иному, но в оригинале просто замечательны. Людей, которые знают множество таких поговорок, считают суперзнатоками», – сказала тогда Алтыншаш Таскаранова.
С благодарностью вспоминает наша героиня бабушку, папину маму, которая заставляла внуков разговаривать на родном языке. Даже щелкала мухобойкой, когда они отвечали ей на русском.
– Строгая была бабушка, без нее ничего в семье не решалось. Она заставляла нас говорить на казахском языке, может, поэтому мы не потеряли эту способность. И мы с мужем уже в своей семье разговаривали на родном языке, но без особого фанатизма. Поэтому дочки говорят на казахском с акцентом, а сын прекрасно владеет языком.
Приходится констатировать, что молодежь владеет родным казахским языком слабо. Алтынаш Таскаранова убеждена, что родной язык нужно сохранить. И она сделала и продолжает делать для этого все возможное. В 2008 году окончила двухнедельные курсы, организованные Кустанайским институтом развития языков и Челябинским областным общественным центром «Азамат».
– В 2010 году на базе Центра образования, это вечерняя школа, дали мне факультативно преподавать казахский язык. После уроков приходили дети, группы были даже по сорок человек. Но изучать язык группами по сорок человек нельзя, я их делила на группы по десять человек. Русских детей ходило очень много. Потом за детьми потянулись взрослые. Я устроила собрание и родителей поругала: «Это ваш родной язык, почему ваши дети его не знают? Значит, вы дома практически на нем не разговариваете». Они отвечают, что сами то его плохо знают. Я говорю – учитесь!
В 2013 году в распоряжении Алтыншаш Хакимжановны оказался комплекс для изучения казахского языка – большой монитор, колонки, ноутбук с программным обеспечением. Два таких комплекса подарил Казахстан Челябинской области, один остался в Челябинске, второй предназначался Нагайбакскому району. Но учитель казахского языка из поселка Арасламбаевский, где большинство жителей казахи, сказал, что «с техникой не дружит», и отказался.
– Глава района предложил мне забрать комплекс. В школе помещения не нашлось, привезли оборудование ко мне домой. Сейчас дети приходят, когда надо подготовится к конкурсу, перевести песню на казахском, чтобы понимать, о чем поют. Взрослые иногда приходят перед поездкой к родственникам в Казахстан, чтобы не осрамится. За день-два, конечно, все не освоишь, но есть ускоренные курсы казахского языка, и в течение месяца можно прилично научиться.
Поддерживать интерес молодежи
Центр казахской культуры «Ак жайык» объединяет активистов с 2008 года. В группе «Туган жер» («Родная земля») около шестидесяти человек, но наиболее активен костяк из десятка сподвижников.
– Мы участвуем во всех Сабантуях, варим бешбармак, угощаем гостей, поем песни, показываем традиционное убранство жилища казахов. Каждый год проходит областной фестиваль казахской культуры, например, в Бреды мы ездили почти всем составом, пятьдесят три человека. А несколько мужчин выехали заранее, чтобы поставить юрту, которую четыре года назад подарил нам спонсор. Наша миссия состоит в том, чтобы не забывать свои традиции, обычаи, культуру, кухню – все, что касается казахской национальности.
С гордостью рассказывает Алтыншаш Таскаранова о событии трехлетней давности. В Верхнеуральске, на берегу Урала на площадке за Шанхаем активисты Центра поставили юрту, пригласили стариков, детей, молодежь со всего района.
– Народу было очень много, в юрте посадили стариков, а для остальных расстелили на траве ковры. Мы там показали девять наших обычаев. Расскажу об одном из них. Он называется «Бесикке салу», его проводят в момент, когда младенца впервые укладывают в «бесик» – традиционную казахскую колыбель-качалку. Ее украшают яркими лентами, новыми одеялами, подушечками, перинками. Окуривают бесик дымом, чтобы отогнать злых духов и защитить ребенка от дурного глаза. Проводится ритуал «Тыштырма». Через отверстие в днище колыбели пропускают конфеты, курт – высушенный кисломолочный продукт, напоминающий твердый сыр, и сладости, приговаривая: «Тышты! Тышты!» Это как бы призывает в дом достаток и благополучие, приходящие вместе с рождением ребенка. Сладости ловят гости и раздают детям, чтобы радость рождения разделили все. Младенца аккуратно пеленают и укладывают в колыбель, а присутствующие женщины поют колыбельную песню – «Бесик жыры».
Среди обычаев «Кыркынан шыгару» (вывод из сорока дней), когда ребенку первый раз в жизни обрезают ногти и волосы. Считается, что на момент ритуала в него вселяется душа, завершается процесс очищения и адаптации к этому миру. «Тусау кесу» (перерезание пут), которое, по вере казахов, придаст младенцу здоровье, благополучие и оградит от несчастий. Считается, что к этому моменту малыш уже адаптировался к окружающему миру, окреп и готов «выйти в свет». «Беташар» (открывание лица невесты) собравшимся гостям после того, как были названы все родственники жениха. Делает это обычно свекровь, которая благословляет новоиспеченную невестку и желает счастья молодым. Все казахские обычаи несомненно красивы и несут в себе глубокий, сакральный смысл.
– Мы хотим, чтобы казахи не забывали о своих традициях, – подчеркивает Алтыншаш Таскаранова. – Молодежь все больше интересуется обычаями предков, и надо этот интерес поддерживать. Мы продолжаем над этим работать, и 22 августа, в пятницу, приглашаем всех желающих в Верхнеуральск на районный фестиваль «Туган жер». В нем будут участвовать все поселения.
Фото Фото из личного архива А.Х. Таскарановой
Адрес: г. Верхнеуральск, Красноармейская, 41.