За две недели до 9 мая в редакцию позвонил наш старый знакомый Виктор Филиппович Генкель, заслуженный зоотехник РФ, кандидат наук.

В минувшем сентябре бывший руководитель Верхнеуральского племпредприятия, позже – генеральный директор ОАО «Челябинское» по племенной работе, ныне челябинец, ветеран труда поделился с читателями газеты историей к юбилею канувшей в Лету станции по искусственному осеменению животных, вспомнил её бывших сотрудников.

Апрельский звонок Виктора Филипповича имел прямое отношение уже к Дню Победы, с которым определённым образом связана судьба его отца:

– В моём семейном архиве сохранилось письмо, датированное 25 июня 1941 года. Из Харькова отец отправил маме послание буквально на четвёртый день войны.

С письмом, написанным на немецком языке, сын, спустя много лет, обратился к опытному переводчику. И в результате верхнеуральцы сегодня имеют возможность прочесть это пронизанное тревогой и болью письмо их бывшего земляка, обрусевшего немца, к любимой супруге Лидии Фридриховне.

«Дорогая жена и дети!

Милая Лидия, не жди, что речь пойдет о моих чувствах. Я знаю, каждый день ты будешь сидеть, плакать и молить о счастье. Идет четвертый день этой ужасной войны, которая уже поглотила огромные массы людей. Знаешь, я могу думать только о тебе и о детях. Хотя идет жесточайшая, беспощадная война, я чувствую, что совсем не боюсь. Я чувствую себя так, как будто меня это совсем не касается. Как раз потому, что я воспринимаю это так спокойно, едва ли я беспокоюсь о том, что скоро на фронт.

Именно так я чувствовал себя, когда меня забрали в армию. Все было как-то настолько буднично, что можно было подумать, завтра я вернусь домой. Но вот прошло уже 10 месяцев, и все оказалось очень серьезно.

Милая Лидия не беспокойся, если мои письма будут идти очень долго. Во время войны почта работает очень плохо и у меня не всегда будет возможность написать тебе.

Пока что мы остаемся на том же месте. Я здоров. Где я буду завтра? Не знаю, трудно сказать. Во время войны нельзя ничего загадывать даже на час вперед. Поэтому я хочу выслать тебе свое белье, если мы начнем передвижение, оно, скорее всего, потеряется.

Дорогая моя Лидия, не беспокойся и не плачь. Работай очень ответственно, заботься о себе и детях. Сейчас часто могут быть кражи и беспорядки. Будь осторожна! Заботься о том, чтобы вы не оставались без еды. Наверняка скоро наступит голод, который уже свирепствует в городах Западной Европы.

Обо мне не беспокойся. Если я должен еще пожить, то и война не убьет меня. Если я должен умереть, что ж… Люди умирают и без войны. Мы живем в такое время и ни в чем не виноваты.

В этой войне умрут не тысячи, нет! Миллионы! Никого не пожалеют ни стариков, ни детей, ни женщин. Многие города сравняют с землей.

Но отчаиваться, опускать руки, плакать – мы не должны.

Тысячу раз я целую свою самую великолепную жену и детей. Милая Лидия, я прижимаю тебя к своей груди и крепко целую.

С сердечным приветом, твой Филипп.

Всего тебе самого наилучшего! До скорого свидания!

Передавай привет друзьям, знакомым и всем, кто будет обо мне спрашивать.

Харьков, 25 июня 1941»

Едва ли не в каждой строчке Филипп Филиппович умоляет жену «не беспокоиться, не плакать, быть осторожной, не отчаиваться». Он прекрасно понимает всю безысходность положения. Началась беспощадная война с Германией. А он и его немецкая семья по законам военного времени, в одночасье могут стать «врагами народа» с известными последствиями.

Благо, что семью Генкель крайние меры обошли стороной. Призванный на военную службу в 1940 году, Филипп Филиппович в марте 1942 года по национальному признаку был отчислен из рядов РККА. В боевых действиях не участвовал, так как его авиационная школа базировалась в Чимкенте.

Мобилизованного в трудовую армию, его направляют в Челябинск, где по июль 1945 года он привлекался к принудительному труду в условиях ограничения свободы. Работал в стройотрядах МВД СССР «Челябметаллургстроя». За ударный добросовестный труд был отмечен грамотой.

Родина оценила заслуги Филиппа Генкеля и, поставив его на учёт спецпоселения по тому же национальному признаку, направила в качестве зоотехника на работу в Верхнеуральский райземотдел.

У семьи появилось право свободного перемещения и выбора места жительства, кроме мест постоянного проживания немцев Поволжья до 1941 года.

С местом проживания и трудоустройством семья Генкель определилась в Верхнеуральском районе. Филипп Филиппович трудился зоотехником колхоза им. Сталина с центральной усадьбой в селе Форштадт. Завершил трудовую биографию зоотехником форштадтского отделения совхоза «Красный Октябрь», где проработал до дня своей смерти 7 июля 1975 года.

Вспоминая сложную жизнь своих родителей, Виктор Филиппович подчёркивает их человеческие качества.

– Родители воспитывались в дружных многодетных семьях, что, безусловно, отразилось на их мировоззрении и личностных качествах и чертах характера. К людям они всегда относились с уважением, независимо от их социального статуса. В семье не было разговоров на повышенных тонах, дети воспитывались без наказаний и оскорблений.

Я часто ездил с отцом на телеге по летним дойкам, зимой он брал меня на экскурсию по коровникам, свинарникам. Особенно мне нравилось бывать на конном дворе. Отец был требователен к подчинённым, но никогда не грубил,

общался корректно и вежливо. Он пользовался большим авторитетом, имел трудовые награды, избирался председателем месткома.

Люди ему доверяли, и он отвечал им тем же. Подтверждением тому стало прощание с ним 9 июля 1975 года. Похоронная процессия растянулась по всему городу. А гроб с телом несли на руках от дома в селе Форштадт до старого городского кладбища.

Николай ВАСИЛЬЕВ

P.S. В соответствии с Законом «О реабилитации жертв политических репрессий в РСФСР» от 19.10.1991 года Генкель Филипп Филиппович и Лидия Фридриховна реабилитированы в октябре 1992 года, а их пятеро детей – четыре года спустя. Они подарили любимым родителям десять внуков, 13 правнуков.

В Верхнеуральске проживает внучка Татьяна Ивановна Моисеева. В селе Форштадт – правнуки Николай и Екатерина.