Скорбная дата. 30 октября День памяти жертв политических репрессий. 30 октября в магнитогорской центральной городской библиотеке им. Б. Ручьева состоится презентация 12-го тома Книги памяти жертв политических репрессий. С 2017 года идет сплошная череда юбилеев, не радостных, а горьких и трагических. Прошлое не должно не волновать современников. Многие проблемы современности – это эхо прошлого. Не познав прошлого и причин его трагических страниц, невозможно решить проблемы современности. Последние десятилетия – пример тому. К Дню памяти жертв политических репрессий выходит том Книги памяти жертв города Магнитогорска и 11 сельских районов юга Челябинской области. Восстановлены имена более сорока тысяч первостроителей Магнитки, судьбы которых были искалечены сталинским геноцидом. За последнее десятилетие много сказано и не мало написано, но проблема сохранения исторической памяти не решена и не решается. Возникает вопрос, а что нас ждет? Размышляя о причинах снижения интереса к трагическим страницам нашей истории, однозначного ответа не нахожу. Трагично не столько то, что общество не интересует прошлое страны, а то, что люди становятся равнодушными к истории своего рода, фамилии, семьи. Корни рода, родословную не знать нельзя. Кто виноват? Сами и виноваты. Медленно и верно катимся к историческому, а значит и политическому невежеству, исторической и политической безграмотности. Приведу в качестве доказательства высказывание одного из героев романа Анатолия Иванова «Вечный зов»: «… Главное – воспитать безразличие к прошлому… Народ, переставший гордиться прошлым, забывший прошлое, не будет понимать и настоящего. Он станет равнодушным ко всему, отупеет и, в конце концов, превратится в стадо скотов. Что и требуется!». Ответы на некоторые свои вопросы я нашел в «Новой газете», приведу лишь несколько высказываний, которые касаются исторической правды. – Государство давно признало Большой террор фактом, начиная с ХХ съезда КПСС. В тоже время память – это о том, как прошлое отображается в настоящем. И как государство за неимением других механизмов хочет напомнить о своей силе, оно начинает куда более позитивно отзываться о сталинской модели управления и более болезненно относиться к напоминаниям о государственных преступлениях этого времени. – Работа с прошлым похожа на борьбу с раком. Болезнь скорее смертельна, но у нее понемногу можно отвоевывать какие-то участки. Никакое государство – даже самое идеальное – не хочет признавать свою ответственность, если оно может ее не признавать. Идеальной формулы признания поэтому не существует. Однако можно говорить о некоторых классических моделях «правосудия переходного периода». Это правосудие появляется тогда, когда на смену одной политической системе, обычно диктатуре, приходит другая, новая политическая система выстраивает механизмы, гарантирующие, что возврата к прежним практикам не будет. – Меры государственного участия таковы: компенсация жертвам, публикация документов о фактах преступлений, рассказы о преступлениях в школьной программе, четкая мемориальная политика, фильмы… И в этом смысле интересно, что День памяти жертв политических репрессий, как государственный памятный день, фактически стал пространством почти исключительно гражданских инициатив вроде «Возвращения имен». Если все пункты будут четко выполняться, это дает некую гарантию от того, что новая политическая система не откатиться назад. Признание государством преступлений – это всегда живой политический процесс: какие-то усилия нужны сверху, какие-то должны предприниматься снизу. Прошлое невозможно забыть. Метафора травмы по отношению к прошлому очень точна: когда человек пережил насилие, это обязательно нужно прорабатывать. Так и с прошлым: ели оно будет вытеснено куда-то в подсознание и продолжит бесконтрольно вести свою разрушительную работу. Бабахнет тогда, когда ты не будешь к этому готов. Была права Лидия Чуковская, которая в одном из своих открытых писем, подготовленных к 15-летию со дня смерти Сталина, писала: «Память – драгоценное сокровище человека, без нее не может быть ни совести, ни чести, ни работы ума… Память к прошлому – надежный ключ к настоящему». 12 томов Книги памяти – подтверждение вышесказанному.

Геннадий ВАСИЛЬЕВ