Нередко случается так, что, пока работает человек, его постоянно видят, к нему привыкают, а потом он вдруг разом исчезает. Был, и нет его. В суматохе повседневных забот это мало кто замечает, кроме людей, которые работали рядом. К покидающим коллектив относятся по-разному: одних провожают с некоторым облегчением, о других сожалеют, их помнят, стараются поддерживать связь.

Кымбат Билялова 34 года работала главным бухгалтером в Верхнеуральском ЖКХ, имея за плечами техникумовское образование. В 2015-м ушла. В коллективе ее все называли Клавой. Она всегда была в коллективе, как заботливая мать, мягкая и всё понимающая. Бывало, вспыльчивый и крутой на поворотах начальник Анатолий Шведов даст нагоняй кому-нибудь из конторских, наобещает страшных кар, нагрозит… Подождет Клава немного, пока гнев начальника пройдет, и направится защищать потерпевшего. Убедит, что можно было бы поступить и помягче, Шведов «отойдет» и простит.

В 2014-м Клава заболела крепко. Она понимала, что с ней происходит. У ее брата были серьезные проблемы с почками, поэтому, когда появились знакомые симптомы, сомнений не оставалось. Определенный ею самой диагноз подтвердился. В результате – два с половиной месяца больницы. И хотя челябинские доктора успокаивали, что все может пройти, Клавдия понимала, это – приговор. Не смотря ни на что, под Новый год она вышла на работу, сдала годовой отчет, потом и за первый квартал, а в мае почки совсем перестали работать, и жизнь Клавы стала зависеть от гемодиализа (процедура, которую получают три раза в неделю по четыре часа для забора крови на очистку).

С июня 2015-го Клавдия ездила на процедуры в Магнитогорск, а через год началась череда операций по ампутации ног. Ох, как было тяжело первое время ощущать себя инвалидом, прикованным к креслу. Спасибо родственникам, подругам, коллегам по работе: поддержали, не оставили один на один с бедой. А еще сын. Получив печальное известие, Ильдар оставил институт, хотя оставалось учиться только год, и вернулся домой.

Но беда, как правило, одна не приходит. В том же году с мужем Клавдии случился инсульт, и в семье оказалось два тяжелобольных человека. Ильдар принял и этот удар и по сей день с честью исполняет сыновний долг.

И сама Клава не опустила рук из-за свалившихся на нее испытаний. К коляске привыкла довольно быстро и сегодня по дому делает все самостоятельно. Вот только во двор без помощи сына выйти не может. Раньше у нее память была феноменальная: запросто оперировала двадцатизначными цифрами. А сейчас, если увидит знакомых через окно скорой помощи, всю дорогу в Магнитогорск вспоминает, как зовут. Бывает, два дня вспоминает, а все ж вспомнит! И легче, вроде, станет. «Может, это возраст? – размышляет Клава. – Нет. Старости я не хочу! Это от наркоза».

А дома погладить белье и приготовить пищу никого не просит. По осени с удовольствием делает заготовки. Шутит: «Будто у нас семеро по лавкам! Все

морозилки овощами и ягодами «забили». До нового урожая хватит». Так как сахар ей противопоказан, ягоды Клава готовит для себя по-особому. Взбивает миксером в чистом виде и замораживает.

Народ к ней тянется. Приходят, как прежде, так и сейчас. А она рада. Суетится, гоняет по кухне на своей каталке, чайник ставит, на стол накрывает, да еще и помогать не позволяет. Иногда она плачет. ЖКХ жалко, все же нигде больше не работала; молодых жалеет, что рано здоровье теряют; умилится тем, что подруги с прежней работы не бросают: то денег соберут на бензин, то в теплице рассаду высадят. 8 марта обязательно придут. Будут поздравлять, шутить, песни петь, как раньше. А Клава будет счастлива.

Человек способен привыкнуть ко всему, кроме предательства и забвения. О Клаве не забыли. Ее помнят и любят. И она относится ко всем людям с теплотой и участием. И жизнь любит. «Да всё нормально у меня, – говорит, – пожить просто хочется».

Виктор БОГАНОВСКИЙ