Две буровые установки появились в конце ноября восточнее карьера «Молодежный».

Как рассказал главный геолог Учалинского ГОКа Игорь Моисеев, по проекту подобных установок должно быть семь. Две первых расположились на землях Карагайского поселения, к северу от бывшего совхозного сада. По земельному кодексу местный глава обязан дать добро на проведение геологоразведочных работ, что он и сделал. На земли ПЗК, поскольку они не государственные, установлен сервитут: заключен договор на ограниченное право пользования – до весны следующего года. К началу посевной поставленные здесь пять бурильных установок уберут, почвенный слой восстановят.

Сквозную лицензию – на поиск, разведку, добычу полезных ископаемых – получила Уральская геолого-съемочная экспедиция (УГСЭ), выигравшая тендер. Работа идет вахтовым методом в две смены: с восьми утра до восьми вечера, и наоборот. Сами бурильщики относятся к ней просто: никакой романтики, обычный труд. Работают в экспедиции опытные закаленные кадры, привычные к любой погоде. География их разъездов довольно обширная. Были на Кавказе, на севере – в поселке Приполярный Ханты-Мансийского округа. Не так давно бурили на соляных отложениях, что сказалось на оборудовании: разъело солью. В Межозерный приехали из Алтая.

Работы на объектах шли полным ходом. К буровой установке, расположенной внизу, водитель Юрий Чудинов подвозил воду. Она, как выяснилось, необходима для бурения и постоянно находится в обороте: сначала выливается в зумпф-отстойник, туда же возвращается и после подачи на забой скважины. Недалеко от воды лежал шлам – вынесенные на поверхность промывочной жидкостью отходы разрушенной породы.

– Горизонтальные напластования пород в геологическом разрезе идут последовательно: одни находятся ближе к поверхности земли, другие располагаются глубже, – поясняет главный геолог. – Отходы каждой породы разные по цвету. Когда «подсекут» руду, шлам будет черный. Если попадется сульфидная руда – желто-зеленого цвета. Сейчас, как видите, шлам светлого цвета. Ничего существенного пока не обнаружено.

Игорь Борисович – опытный профессионал, как никак 35 лет трудового стажа за плечами. Сибиряк, уроженец Красноярска. Девять лет отработал на рудниках в Норильске. На Учалинском ГОКе с 1991 года. О премудростях работы геолого-съемочной экспедиции рассказывает просто, понятно, интересно. С таким гидом можно знакомиться с производством!

На верхней буровой установке, находившейся от нижней на расстоянии 300-400 метров, наряду с водителем (Елена, а вы не записали его фамилию? В моем диктофоне она почему-то не сохранилась. Если у вас есть, впишите, ладно?) трудились еще двое: бурильщик Евгений Поздеев и его помощник Андрей Мищенко. Шведская установка «Боулис», на которой они работали, проводила разведочное бурение по бесподъемной технологии, значительно

облегчавшей труд машинистов и позволявшей без особого труда вынуть керн.

Керн – это цилиндрический столбик горной породы, отобранной при бурении полой стальной трубой. Извлеченный на поверхность, он раскладывается в специальные керновые ящики с несколькими удлиненными ячейками-каналами. Плоские деревянные ящики ставятся один на другой в порядке возрастания глубины скважины, маркером на них делается соответствующая запись. В дальнейшем керн исследуется в лаборатории на содержание полезных компонентов в породах, пересечённых буровой скважиной. В нашем случае – на наличие меди, цинка и благородных металлов. К качеству отбора керна, его укладке и сопроводительной документации предъявляются повышенные требования, поскольку от этого напрямую зависит точность геологических построений.

Бросилась в глаза цифра 383 на верхнем ящике.

– Значит, достали керн из забоя на такой глубине, – поясняет Игорь Борисович. – Рудные подсечения ожидаем не ближе 700 метров, таким образом прошли до них примерно половину пути. Проектная глубина скважины 900 метров, за сутки машинисты проходят где-то метров 60. Можно подсчитать, как долго продлятся здесь бурильные работы. После их завершения геологи экспедиции должны представить подробный отчет о перспективах участка: либо на этом месте есть месторождение полезных ископаемых, либо нет. «Геологическая» информация, получаемая в процессе проходки разведочных выработок и бурения скважин, очень ценна.

Рудопроявление восточнее карьера «Межозерный» было обнаружено еще в 70-х годах. Разрабатывало тогда проекты Министерство геологии. Государство предоставляло для этого финансовые средства. В сделанных в те годы четырех подсечениях был обнаружен состав руд, примерно аналогичный месторождениям, которые в настоящее время отрабатываются в Межозерном. Глубина рудопроявления предварительно определялась от 700 до 900 метров. Прогноз на ресурсы – около 18 миллионов тонн руды. Но добывать полезные ископаемые более дешевым открытым способом не получалось, на глубину подземки перспектив не было. Разработка была заморожена.

Рудопроявление – это небольшое природное скопление. В количественном отношении оно не может считаться предметом разработки. В отличие от месторождения – скопления природных ископаемых, пригодных для промышленной разработки с положительным экономическим эффектом. Чтобы определить наверняка, перспективны ли будут на этом месте работы, необходимо провести большее подсечение разведочными системами буровых скважин. С этой целью специалистами Учалинского ГОКа и был разработан и утвержден проект, предусматривающий бурение семи скважин до глубины 900 метров. Работы рассчитаны до августа следующего года.

– Все идет по плану, – подытоживает Игорь Моисеев. – Главное чтобы был результат. В декабре завершатся работы на первой скважине, можно будет сделать первоначальные выводы. Дальнейший прогноз будет зависеть от

того, что найдем. На разработку семи буровых скважин запланировано затратить 42 миллиона рублей. Пока задержек с финансированием нет. Если что-то «подсечем», предоставим материалы руководству УГОКа и попросим дополнительные денежные вложения на разведку.

Елена ЛЕВИНА