Приближается наш общий великий праздник – День Победы!

77 лет мы живем над мирным небом, живем самобытно, свободно, гордо и несем в своих сердцах благодарную память о тех, кто шел навстречу смерти во имя спасения Родины, во имя Победы, кто приближал ее своим героическим трудом в тылу.

День Победы праздник такой святой и такой величественный, что трудно подобрать слова, чтобы выразить все чувства, которые волнуют сердце. Попробую что-то выразить стихами поэтов ‒ участников Великой Отечественной войны, чудом оставшихся живыми в этом кровавом аду. Все они были очень молодыми.

«Сколько их, родимых, кровных, близких

В горький час ступивших за порог,

Навсегда застыло в обелисках

У развилок боевых дорог».

И. Лапшин

«На руках тяжелые снаряды

И на лицах копоть, как смола.

Никакой награды им не надо,

Лишь бы только Родина жила».

М. Тимошечкин

«Не воротились с поля битвы

Где шла кровавая война,

Как православные молитвы

Их повторяем имена».

Ю. Трубчанинов

Наша семья, как и миллионы других семей, встала на защиту родной земли. Наша бабушка проводила на фронт пятерых сыновей. Вот их имена: Григорий (1910 г.р.), Иван (1913 г.р.), Василий (1916 г.р.), Степан (1921 г.р.), Петр (1925 г.р.) Панковы. Из пятерых сыновей вернулись с войны только двое – Григорий, искалеченный ранениями, вскоре умер, и Петр, самый младший, пришел домой в 1947 году. А на троих сыновей в наш дом пришли похоронки.

В ноябре 1942 года в боях под Смоленском погиб мой отец, Иван Александрович Панков. Он был сержантом, сапером. Место его гибели – «восточная сторона леса», как написано в извещении. По рассказам его друга Павла Ханова, вернувшегося живым, отец наш был солдатом храбрым до отчаянности. При выполнении боевого задания он и погиб на «восточной стороне леса» около деревни Варнаши Велижского района Смоленской области. Погиб и унес с собой все: и любящее сердце, и свою прекрасную душу, отзывчивую и добрую, и талант умельца «золотые руки», и веселый характер, и заботу, и любовь к семье, к жизни.

Вместе с ним погибли и все наши надежды на то, что вернется отец, как обещал, вернется наша несокрушимая защита, вернется наш отец – строитель и мы построим новый дом, вернется наш красивый, веселый отец, и мы заживем счастливо. Нет. Все наши надежды рухнули и остались мы сиротами – мама 22-х лет и мы, две дочки. И жили мы тихие, беззащитные и все вспоминали отца в минуты и радости, и печали: «Вот был бы наш отец жив, что бы он сказал». Он всю нашу жизнь смотрит на нас с портрета веселыми глазами. Мы им гордимся и стараемся не подвести.

Погибли на фронте и два младших брата моего отца – Василий и Степан. Степан Александрович ушел на фронт прямо со школьной скамьи. Он только что закончил медицинское училище ‒ и сразу на фронт. Ушел в августе 1941 года, а в январе 1942 года получили от него последнюю весточку. Степан был любимцем всей семьи, его любили за красоту, за очень отзывчивый, чуткий характер, за юмор, за отличную игру на гармошке, за ум, добрый и веселый.

С фотографии смотрит на нас похудевший наш Степа, взгляд тревожный, сосредоточенный, на нем новая офицерская форма – шинель, ушанка со звездой. На обороте фото надпись: «На память моим родным перед отъездом из Москвы в Коломну.31.1.42 г. ». А в июле 1942 года он погиб в Тверской области. Бабушке принесли извещение в поле, женщины жали рожь, бабушка голосила на все поле, а потом затихла и пролежала на земле до вечера. Подруги по работе ее отхаживали.

А Василий Александрович попал в плен. Их часть перебросили с Дальнего Востока в Прибалтику на остров Дага. Там они и попали в плен. Когда он уходил на фронт, молодой, стройный, спортивный, как на пружинах, весело успокаивал свою мать: «Мам, не переживай ты, ничего со мной не будет плохого, за четыре месяца, самое многое, мы немцев разобьем и я вернусь к тебе».

Ушел на фронт ‒ и ни одной весточки. О том, что он был в плену и умер там в 1944 году, мы узнали от его товарища, который пришел к нам уже осенью 1945 года, чтобы рассказать об этом. Вот эту сцену я помню, мне было уже пять лет. Что было с бабушкой, не описать! Она попала в больницу, долго болела.

Вот так война безжалостным катком прошлась по нашей семье, как и по другим семьям. Пришлось нам все это переживать, восставать из пепла и жить, борясь с лишениями.

Мне хочется сказать современным мужчинам, как важен для ребенка отец. Важно все: его слов, взгляд, его реакция, его решение, любовь и забота. Отцы – вы наша защита. Но проклятая война миллионы и миллионы детей оставила без отцов.

Вот с какой нежностью, любовью и болью вспоминают об отцах дети войны.

Антонина Трофимовна Бойцова:

‒ Мой отец Трофим Иванович Богачук ушел на фронт в первый день войны. Нас было у них с мамой семеро детей. Отец очень любил свою семью и нас, своих детей. Он много работал в колхозе, я помню, однажды ночью случился в нашем доме пожар. Отец всех нас спасал, выносил на руках. Помню его руки – сильные, нежные. Когда он уходил на фронт, мне было пять лет, и я помню, что на нем был серый костюм, что отец каждого из нас обнимал, приподнимал, прижимал к себе, говорил ласковые слова, велел слушаться маму, а из его васильковых добрых глаз текли слезы. Он говорил: «Не забывайте меня, если что». Отец погиб в 1944 году под Днепропетровском. Судьба разбросала всю нашу семью. Плохо без отца.

Мария Матвеева:

‒ Все шло хорошо, пока дома был отец. Он был очень заботливый, ой, такого я еще не знаю отца. За детей стоял стеной. На фронт ушел наш отец, Александр Кузьмич Егоров, 24 июня 1941 года, а в сентябре 1941-го получили похоронку из-под Ленинграда. Отец со своей ротой попал в окружение снайперов и был ранен в спину и в живот разрывной пулей. Он был ранен смертельно. Об этом нам рассказал его друг, сосед, с которым они вместе уходили на фронт. Сосед вернулся живой, но без ноги. Когда был День Победы, то есть сообщили о победе, мы всей семьей горько плакали.

Нина Скокова:

‒ От вокзала они поехали на машине. Я вдруг побежала за ними вслед. Отец, Илья Максимович Александров, увидел, что я бегу, и сказал: «Остановите, Нина бежит, наверное, что-то хочет сказать». Я подбежала и говорю: «Папка, дай я тебя еще раз обниму». Мне было восемь лет.

У Нины Ильиничны Скоковой хранятся солдатские письма отца, желтые от времени треугольнички. В письмах отец ее очень нежный и к матери своей, и к жене, детей называет «мои цыплятки», их трое, и обращаясь ко всем: «Жив буду – увидимся, а нет, то вспоминайте». Как можно вас не вспоминать, Наши доблестные былинные бойцы! Вы спасли родину от фашистов в боях с сильным врагом. Но вы были сильнее их, особенно своей верой в Победу, шли к ней, проявляя чудеса храбрости, отваги, героизма, стойкости. И при этом вы, наши славные защитники, были обычными людьми, думающими о семье, о детях, о родном доме. А это и есть Родина, и за нее вы бросались под танки, шли на таран, в рост поднимались навстречу смертельному огню, сокрушая врага. Четыре года шли сквозь кровавый ад войны и не дрогнули. Об этом сложены стихи, написаны книги, спеты песни, сняты фильмы, но этого мало.

«Имен бы сколько ни писалось,

Всех все равно не назовешь».

Мы, ваши потомки, помним вас, милые наши защитники. Спасибо вам за мир. Мы гордимся вами, и наша задача – не подвести вас, учиться у вас мужеству и любви к Родине. Мы помним. Эта память священна, и она у нас в сердцах.

С праздником всех верхнеуральцев!

Антонина Ивановна ХОТЕНОВА, «Память сердца»